DI: The Millionaires’ Clubs 2026

Категория года — и почему это не про коньяк

Самый показательный сюжет выпуска DI вытаскивает сам. Главным трендом года стали не агавовые спирты и не индийский виски, а связка бренди и коньяка: рост с 32,6 до 41 млн кейсов, больше чем на четверть. Звучит как реабилитация благородной категории. На деле наоборот.

Коньяк падает: Hennessy минус 7,5% до 6,2 млн, Martell минус 5,3% до 1,8 млн, вся категория ушла с 8,6 до 8,0 млн кейсов. Весь прирост сделал индийский бренди. Old Admiral вырос на 147,7%, с 4,4 до 10,9 млн кейсов, Mansion House прибавил 24,4% до 9,7 млн. Два индийских бренди теперь стоят выше Hennessy. Французского блеска тут нет — есть массовый индийский розлив под вывеской «бренди». Романтика происхождения опять проиграла арифметике.

Тот же раскол российский читатель видит на своей полке, только без Индии: конфликт между образом «коньяка» и реальностью происхождения, сырья и цены идёт через Закавказье и регуляторную классификацию. Грузинско-украинский Aznauri в мировом списке как бренди, плюс 18,8% до 1,9 млн — тот же массовый механизм, другой адрес, в России у бренда продаж, по сути, нет.

Виски как сумма несовпадающих историй

Если сложить весь виски в рейтинге — индийский, шотландский, американский, ирландский, канадский, японский и российский, — выходит около 302 млн кейсов, примерно 37% списка. И ровно здесь общий ярлык «виски» перестаёт что-либо объяснять.

Индийский виски вырос на 3,6% до 164,6 млн кейсов — это несущая стена всего рейтинга, и держится она уже не только на старых гигантах. Royal Stag вышел на первое место категории (32,6 млн), рядом — Iconiq White, удвоившийся до 9,7 млн, Royal Challenge (+16,5% до 10,6 млн), After Dark (+87,5% до 3 млн). Шотландский виски при этом упал на 3% (69,5 → 67,4 млн); даже Johnnie Walker, единственный скотч за барьером в 10 млн кейсов, потерял 6% и просел до 20,3 млн. Американский виски тоже минус 3%: Jack Daniel’s минус 5% до 13,4 млн, Jim Beam минус 3,6% до 10,3 млн, хотя вдвоём они всё ещё дают больше 60% американского объёма. Ирландский и японский слегка подросли.

У входа висит одна табличка — «виски». Внутри один слон, другой хорёк. Глобальный диагноз категории тут бесполезен: индийский виски строит массовый внутренний рынок, скотч и бурбон проходят плато, а российский виски — отдельный сюжет, в рейтинге всего один бренд. И то, что российский виски вообще попал в мировой список, — уже без всякой иронии событие: десять лет назад это и в голову не пришло бы.

Как DI рассказывает о рынке

Редакционная оптика выпуска ровная и по-британски сдержанная. Общий вывод обзора сформулирован честно: когда денег меньше, растут бренды, которые покупатель знает и понимает, с доступной ценой и широкой дистрибуцией. Глобальная таблица которую приводит DI, подтверждает мрачноватый фон: весь мировой рынок крепкого минус 4%, водка минус 2%, национальные напитки минус 11%, ром и бренди по минус 1%, джин в ноль, виски плюс 1%, агава плюс 2%. По разделам та же мелодия: водка — зрелая категория контрастов (Smirnoff минус 3,7%, но Magic Moments плюс 15,5%); джин почти стоит на месте и держится на одном бренде, Ginebra San Miguel занимает больше половины категории; ром просел, тройка Tanduay — Bacardi — Captain Morgan забирает свыше 70% объёма; ликёры ровно, Aperol дотянулся до 10 млн; текила добавляет, но без прежнего огня. Национальные напитки — новая рубрика вместо «азиатских» — держатся на Jinro, который при падении на 2,4% остаётся крупнейшим брендом мира с 94,5 млн кейсов.

Витрина собрана аккуратно, хотя цифры между разделами не всегда сходятся друг с другом. Раздел про виски даёт индийскую категорию в 163,1 млн при росте 3,3%, а очерк про Индию и общий список на соседних страницах — 164,6 млн и 3,6%. Водочный раздел считает 36 брендов и 142,7 млн, общий список — 37 и 144,2 млн: вся разница в бренде Pinnacle, не попавшем в категорийный срез. В разделе ром «дюжина» марок на 73,1 млн, включая Ypioca, которую тот же рейтинг выносит отдельно как кашасу. Мировой рейтинг крепкого здесь — не точный замер рынка, а сводка из разных источников. Читать его стоит не как линейку, а как карту настроений индустрии.

Где это пересекается с российской полкой

Российский «Клуб миллионеров A.LIST» считает то же самое с другой стороны: не мировой престиж, а продажи внутри страны, около 105 брендов свыше миллиона литров, совокупно 813 млн литров. Совпадение с мировыми 817,3 млн кейсов чисто арифметическое и ничего не значит — единицы разные, кейсы против литров.

Чистая зона сопоставления — водка. Если перевести девятилитровые кейсы DI в литры и наложить на российский список, совпадают тринадцать брендов. Но первое, что бросается в глаза, — не цифры, а слепое пятно. Главный бренд российской полки, Tundra от Татспиртпрома, в мировой список не попал вообще, хотя по одной российской рознице (47,5 млн литров, около 5,3 млн кейсов) встал бы примерно на 34-ю строчку общего рейтинга и вошёл бы в первую шестёрку мировой водки.

И это не единичный пропуск, а свойство метода. Список DI собирается из публичной отчётности компаний и прямых запросов владельцам брендов, поэтому он хорошо видит тех, кто работает с международным контуром и сам отдаёт туда цифры, — НоваБев, Ладогу, Руст. И иногда не замечает тех, чей бизнес с фокусом на внутренней полке, независимо от их размера.

Нагляднее всего это на Татспиртпроме — одном из крупнейших производителей страны, но выстроенном вокруг российского рынка, а не вокруг экспортной витрины. В рейтинге DI нет ни одного его бренда, хотя Tundra, Русская Валюта, Хлебная и Граф Ледофф вместе дают около 9,3 млн кейсов. Это больше, чем вся мировая категория Cognac у DI (8,0 млн кейсов). В списке отсутствует не аутсайдер, не добежавший до планки, а производитель крупнее всего французского коньяка в рейтинге — его не ловит методика, а не подводит полка. Рядом — сетевые марки вроде Петровского Регламента (СТМ X5): частная марка ретейлера невидима по конструкции, потому что у неё нет «владельца бренда», к которому можно обратиться за цифрой. Плюс региональные заводы поменьше. Слепое пятно во всех случаях у рейтинга, а не у брендов.

Отсюда вывод о российской части рейтинга. Это не портрет российской водки и даже не её экспортная проекция в чистом виде, а только тот её слой, что замечают снаружи. По DI нельзя восстановить верхушку российской полки: список ранжирует не по тому, кто больше продаёт в стране, а по тому, кто заметнее за её пределами. И выпадают из него часто не самые слабые игроки, а те, кто не повёрнут к внешнему наблюдателю, — по ориентации бизнеса, а не по объёму.

Там, где бренды совпадают, уровни близки, а траектории — нет. По тринадцати совпавшим маркам DI после пересчёта даёт 388,8 млн литров, A.LIST — 352,5 млн. Разрыв в 36 млн объясним просто: мировой счёт DI — это отгрузки плюс экспорт плюс duty free, российский счёт A.LIST — продажи в рознице. Архангельская, Деревенька, Пять Озёр, Талка, Белая Берёзка, Беленькая, Хаски стоят в сопоставимом диапазоне — верхушку DI ловит уверенно. А вот динамику считает иначе: Беленькая у DI плюс 3,6%, на полке минус 1,8%; Зелёная Марка плюс 3,8% против минус 5,5%; Хаски минус 12% против плюс 0,7% дома. Знак переворачивается там, где для российского рынка он принципиален.

Две строки выбиваются из удобного объяснения «мир просто шире России». Финский Лёд: 44,7 млн литров в рознице против 36,9 млн у DI после пересчёта, причём у DI падение на 2,4%, а на полке рост на 13,7%. Сталковская: 10,4 млн против 9,9 млн. Розница одного бренда не может быть больше его же мировой отгрузки — по этим позициям у DI, похоже, просто неполные данные. Тот же эффект самоотчётности, только с обратным знаком.

Есть и зеркальные точки, где две оптики сходятся. Fowler’s — единственный «российский виски» мирового списка и самый быстрорастущий виски рейтинга вообще (+54,5%) — на российской полке прибавляет 79% в литрах: трактовка одна, импортозамещение работает. Barrister сидит в мировом топ-10 джина (+7,7%) и растёт на 10,3% дома. Где бренд по-настоящему российский и по-настоящему массовый, обе линейки показывают одно. Где он международный с российским хвостом — расходятся.

Структурный диагноз

Мировой рынок крепкого алкоголя не вернулся к росту. Он локализовался. Объём теперь рождается не из глобальной легенды, а из внутреннего рынка, доступной цены и глубокой дистрибуции — и это не интерпретация A.LIST, а дословный вывод самого Drinks International. Премиализация как мотор мирового роста закончилась; её место заняли индийский IMFL, региональная водка и понятная массовая полка — ровно те бренды, про которые отраслевая пресса двадцать лет писать не хотела.

Россия идёт той же логикой своими средствами: федеральная сеть, локальные производители, СТМ/ЭТМ, доступный ценовой коридор. Разница в том, что мировой рейтинг признаёт это мелким шрифтом в методологии, а на российской полке это давно крупный шрифт на ценнике.

Итоги A.LIST

• Плюс 1,5% по списку — это не восстановление рынка, а Индия: без IMFL миллионеры ушли в минус на полпроцента, а индийские бренды дают уже больше четверти объёма.
• Категория года у DI — бренди и коньяк, но рост на 147,7% сделал Old Admiral, а не Hennessy. Коньяк продолжает падать, индийский бренди стоит выше французского.
• Цифры DI между разделами не всегда сходятся: индийский виски то 163,1, то 164,6 млн, водка то 36, то 37 брендов. Это сводка из разных источников, а не точный замер.
• DI видит не российскую водку, а ту её часть, что сама записывает себя в международный контур. Татспиртпром с Tundra и ещё тремя брендами выше порога не попал в рейтинг ни одной строкой — а это больше, чем весь коньяк в нём. Думаю, что эту ошибку исправят, как было уже в прошлом году.
• На пересечении совпадают тринадцать водочных брендов: уровни близки, динамика — нет. Беленькая и Зелёная Марка у DI растут, на полке падают.